САМОЕ СВЕЖЕЕ НА САЙТЕ

ОБСУЖДАЕМЫЕ ТЕМЫ

Новые Lada 2017-2018 года

columbus

Об азартных играх в произведениях классиков русской литературы появилось в последнее время столько материалов, что создается впечатление, что у русских с Фортуной особые отношения. А то как же! Пиковая дама Пушкина, Игрок Достоевского и Игроки Гоголя, Записки маркера Толстого, Большой шлем Андреева. Это там, где игры становились основной декорацией. А во скольких романах они упоминаются походя. Многие великие классики знали не понаслышке, о чем писали. Чего только стоит роман Федора Михайловича и рулетки. А тут еще и философ Николай Бердяев, со свойственным ему легким эпатажем, как-то объявил, что страсть к азартным играм объясняется суровой русской природой и неизбывной тяжестью национальной экзистенции.

Игровые автоматы в литературе

Более глубокое погружение в тему покажет, что это расхожий миф. В остальной мировой литературе тема азартных развлечений представлена не менее широко. Начиная от Махабхараты, где Юдхиштхира не слишком удачно играет в кости, до цикла рассказов Джека Лондона о хитроумном Смоке, которому удалось взломать рулетку. А в изобразительном искусстве таких произведений еще больше, просто живопись элитарнее. Но Шулеров Караваджо видели, пожалуй, все. О кино и говорить нечего. Фильмов, где есть покер, рулетка, игровые автоматы, существуют десятки, если не сотни. Причину такого интереса к азартным играм не сложно понять — такие развлечения потенциально эмоциональны и драматичны.

Данные социологических исследований свидетельствуют, что в странах, где игорный бизнес легализован, 60 % взрослого населения хотя бы раз в год посещают соответствующие заведения. А учитывая трудность обработки данных по онлайн играм, то эту величину можно смело увеличивать еще, как минимум, на 5 пунктов. В Европе лидируют Великобритания, Италия, Испания и Франция. По игровым автоматам первенство принадлежит Испании — 62 на 10 000 населения. Но ей далеко до мировых лидеров. В Японии эта цифра больше в 6 раз — немыслимый показатель. Традиционно популярны азартные игры в США. Там 20 млн. американцев постоянно играют в рулетку, карты, слоты или на тотализаторах. В тех же государствах, где азартные игры законодательно запрещены, учет носит очень приблизительный характер, как и все, что связано с интернет-активностью. Тут важно понять, что дело не в какой-то избыточной игривости японцев или американцев, а в более либеральных юридических регуляторах. Еще неизвестно, какое бы место занимали жители КНДР, приди однажды в голову Ким Чен Ыну мысль о полном соответствии гемблинга идеям его любимого национал-коммунизма.

Разработка онлайн слотов

К увлечению граждан азартными играми государственная система всегда относилась с подозрением. Огромную роль в этом сыграли религии, единодушно осуждающие игроков как сторонников нетрудовых, темных, сатанинских заработков. В сакральных текстах основных мировых религий без труда можно найти соответствующие оценки и императивы. Как следствие, законы об ограничениях и запретах азартных игр, сопровождают всю историю человечества. Первый внятно сформулированный закон дошел до нас из Римской империи. Lex aleatoria, принятый в III в. до н. э. полностью запрещал популярнейшую тогда игру в кости. Запретил, но не искоренил.

В современном, более рациональном, мире ограничения на азартные развлечения накладываются даже в самых либеральных странах. Один из главных аргументов — это приводит к зависимости. Именно из-за этого на операторов рынка и производителей игр налагается обязанность разрабатывать и воплощать в жизнь программы ответственного гемблинга, поэтому в современном мире огромной популярностью пользуются бесплатные игровые аппараты онлайн. Впрочем, болезненной зависимости подвержены по разным оценкам от 0,5 до 3%. Показательно, что такое же количество людей стабильно уязвимы и для химических зависимостей. Природа этой проблемы сложная, и однозначного решения она пока что не имеет.

Понятно только, что несмотря ни на что, люди всего мира, независимо от национальности, играли, играют и будут играть. И дело тут не в развращенности или пресыщенности, а в глубокой человеческой потребности в игре как таковой. Еще Сократ называл софистику познавательной игрой, Кант и Шиллер отмечали сходство игры и творчества. Ну а теория человека играющего Иоганна Хёйзинга полностью реабилитировала у людей изначальное свойство играть. И мы подсознательно чувствуем это, повторяя вслед за Пушкиным и Шекспиром красивые слова о том, что всё — игра.

Оставить комментарий

Рекомендуем почитать…